Люди в полиграфии

Первым делом замечу — мы не хотели никого обидеть такой обложкой. И не намекали ни на что и ни на кого конкретного. Если вы узнали в человеке на скамейке кого-то из знакомых, знайте — это случайное совпадение. И шапка нарисованная. Просто буквальная метафора темы номера (практически — ребус), предложенная дизайн-студией Charsky Studio, показалась нам очень забавной. А ведь нашей такой серьёзной индустрии отчаянно не хватает улыбок и позитива…

Мы любим и глубоко уважаем всех наших коллег, трудящихся на ниве полиграфии. Это замечательная область, которая сейчас находится на очень сложном этапе глубокой трансформации. Меняются налаженные годами бизнес-процессы и технологии, становятся ненужными отдельные технологические этапы и, увы, выполнявшие их работники. Адаптация к переменам требует гибкости и серьёзных усилий со стороны занятых в полиграфии людей. Нужно расти самим и помогать развитию собственных предприятий. Возможностей для этого множество, достаточно оглядеться по сторонам.

В середине 90-х, когда мы начинали делать Publish, нечто подобное происходящему сейчас во всей полиграфической отрасли, но ещё не в таких масштабах, наблюдалось в допечатной подготовке. Называли этот процесс DTP-революцией, и он в корне изменил сложившиеся десятилетиями подходы. Допечатная подготовка из таинства, известного лишь узкому кругу людей, работавших либо совсем по-старинке (полностью аналоговыми способами), либо на дорогущих закрытых специализированных компьютерных решениях, вдруг преобразилась в гораздо более доступную деятельность, которой можно заниматься на более-менее стандартных инструментах — настольных ПК, программах вёрстки и обработки графики. Скорость допечатной подготовки резко повысилась, а стоимость и качество упали (последнее — увы).

На волне DTP-революции в издательско-полиграфическую отрасль пришли новые люди. В первую очередь — из ИТ-индустрии, а следовательно — бывшие на «ты» с компьютерами. Среди этих новичков был и я. Как правило, мы не заканчивали специализированных вузов или техникумов, и на первых порах нам было невдомёк, зачем, например, в полиграфических программах используются такие неудобные единицы измерения, как пункты и квадраты, а слово «линиатура» мы непременно писали через «е». У технологов издательств и типографий старой школы волосы вставали дыбом, когда в печать пытались сдать «готовые» макеты, нарушающие все мыслимые правила типографики. Или приносили под видом цветоделённых плёнок комплекты, выведенные на лазерном принтере. Без каких-либо шансов свести кресты и с плотностью чёрного, находящейся далеко за гранью разумного. Подозреваю, что профессиональные полиграфисты считали новичков абсолютным злом. И, наверное, надеялись, что рано или поздно какая-то неведомая сила заберёт безграмотных наглецов, избавив отрасль от заразы…

А что в это время делали мы? Учились. Самые умные и дальновидные доставали академические учебники по полиграфии и «грызли» их по ночам, разбирая тонкости терминологии и проецируя их на ляпы в локализации компьютерных программ. Мало-помалу набирались опыта, стараясь не совершать одну и ту же ошибку дважды. Гонялись за номерами появившихся тогда профессиональных журналов нового поколения. И росли.

Начав с допечати, многие новички освоили и остальные этапы полиграфического производства. Кто?то стал настоящим докой и признанным авторитетом в новой профессии, а кого-то полиграфия больше привлекала как бизнес — они основали собственные типографии. При этом новоиспечённые владельцы отлично ориентировались во всех технологических процессах, ведь выстраивать их приходилось самим…

Есть ли возможности для роста и развития в полиграфии сейчас, когда все вокруг только и делают, что жалуются, как им тяжело? Есть ли перспектива в выборе полиграфической специальности? Уверен, что есть. Более того: как бы ни было трудно жить в эпоху перемен, они также означают возможности. Для каждого приходящего в полиграфию открыто множество перспективных дорог — выбирайте, учитесь, работайте…